В России к Западной Украине относятся довольно однозначно. Зачастую плохо. Как минимум, с опасением. Не к самой Западной Украине, конечно, а к людям, в тех местах проживающим. Моё личное отношение к ним точно не будет настолько прямолинейным и бескомпромиссным.

Именно на Западе Украины даже простые граждане вроде бы обладают повышенной националистической сознательностью, именно там массово голосуют за представителей партий, которые, без преувеличения, можно отнести к вполне себе нацистским. И наконец, именно с западными украинцами мы вроде как традиционно расходимся в оценках некоторых персонажей нашей общей истории. Так почему же меня тянет в этот «вражеский край», когда я только недавно оттуда вернулся?

Прежде всего, потому что я уже довольно давно стараюсь не отдавать себя в плен стереотипов. Взгляд на Украину, сформированный российскими прессой и телевидением у обычных россиян – это один большой стереотип. На украинцев – тоже. На украинскую политику – тем более. Хотя политика руководства соседней страны добрых слов, действительно, не заслуживает. К слову, взгляд украинцев, особенно западных, на российскую действительность – это тоже стереотип, только зеркальный.

Люди

Оговорюсь – это о людях, которые не занимаются политикой. Может быть, участвуют в ней слегка, может быть, интересуются. Но непрофессионально. Они просто живут. Так вот, люди Западной Украины – добрые, вежливые и предупредительные. По крайней мере, когда их не тянут в политические споры. И совершенно всё равно, на каком языке ты к ним обращаешься – если делать это вежливо, тебе постараются помочь. Всегда. Даже не питая добрых чувств, не к русским, нет, – к России как к государству.

Нелюбовь к русскому языку – это фикция. Люди банально могут им не владеть в достаточной мере, они уже не способны грамотно излагать мысли на неродном языке. Потому как с распада СССР минуло 20 лет, молодёжь не изучала русский в школе, но понять родственную «мову» способны. Эрудит и интеллектуал Анатолий Вассерман любит рассуждать об «украинском наречии русского языка». Особо двинутые на урапатриотизме украинцы – об истинно славянском, «истинном русском языке», то есть… украинском который исказили в Московии, кишащей потомками финно-угорских неславян. Вы знаете, а мне всё равно, украинский – это язык или диалект. На нём говорят миллионы людей, так зачем отказывать им в праве на свой язык, на котором они общаются? Только на основании того, что мы входили в одну Империю и в один Союз. Ведь именно Запад Украины в них то входил, то не входил, и так попеременно. С другой стороны, когда политики «оттуда» вдруг пытаются запретить общение и обучение на русском – языке, на котором говорят десятки миллионов, языке межнационального общения. Но это политики…

А простые, как у нас их любят называть, «западенцы» - им обычно как-то не до высоких материй. Запад – он дотационный, живёт бедно, и даже правление «оранжевого» Ющенко не прибавило гламуру этим краям. Но поведение… Когда на узкой улочке Львова автомобиль с российскими номерами, чтобы не попасть в тупик около пешеходной зоны, разворачивается прямо поперёк потока – поток ждёт, глядя на российские номера. Никто не давит на клаксон, никто не выходит поорать на «москалей» и даже маршрутка пока не отъезжает от остановки, пропуская. Во многих больших российских городах такое трудно представить. Конечно, не надо обобщать – там есть люди, которые нас не просто не любят, а искренне ненавидят. Но их надо искать. Я и моя семья за 4 года не нашли. Потому что не искали. Да, у нас разные герои, и те, кто герои для них, в большинстве своём для меня… ну не буду ругаться. И что, собственно?

Герои

Да, люди там признают, что многие их герои «перегнули палку». И это непозволительно, мягко говоря. Бандера, Шухевич, Стецько, Коновалец – это наши враги. По разным причинам, но враги. В большинстве своём – благополучно уничтоженные. Западные украинцы могут сказать, «да, всё это было, но они же боролись за нашу свободу, за Независимую Украину». Не знаю, может, и так. Но своих земляков ради этой борьбы они положили едва ли не больше, чем неземляков. Пустое дело переубеждать тех, кто их почитает в другом уже государстве. Можно понять, что за этими одиозными лидерами шли чьи-то деды-прадеды, и весьма в немалом количестве, тоже по многим причинам.

Памятники Степану Бандере расставляют по западноукраинским городам и деревням в промышленных количествах, как Ленину в советские годы. В дни государственных праздников приносят венки, митингуют довольно немногочисленные, на самом деле, националисты. Кто-то из вас, тех, кто постарше, с пиететом относился к миллионам бронзовых Ильичей в советских населённых пунктах? Не к самому Ленину, а именно к этим стандартизованным монументам, которые просто должны были быть. Там, похоже, так же. Эдакая современная деталь городского интерьера.

Этот Новый год мы справляли в Збараже, в Тернопольской области, край замков, крепостей и монастырей на границе Подолья и Волыни. Очень исторические места, арена противостояния Богдана Хмельницкого и Речи Посполитой, то есть Польши. И опять двойственные чувства. Памятники сомнительным, с моей точки зрения, персонажам есть, а ненависти не нашёл. Да что там говорить, если, кроме «сомнительных», кругом статуи Хмельницкого, который в те края, в общем-то, исключительно с мечом приходил. Потомки тех, на кого казаки ходили с мечом, считают себя наследниками казацкого духа.

А областной центр Тернополь – прекраснейший приветливый город, 1 января минимум пьяных, все радостно гуляют и наслаждаются праздником. Новым годом, а не днём рождения Бандеры, попадающим на тот же день. И именно в Тернополе простые граждане особенно массово на местных выборах отдают голоса за кандидатов от «Свободы» и прочих. За обычных нациков. Почему? Наверное, потому что верховная киевская власть, вне зависимости от партийной принадлежности, много лет, смена за сменой, просто «кидает» их. И люди голосуют за максимально национально близких, да ещё из земляков. И на кого выпадет… А что уж они там проповедуют – дело в тот момент для местного электората пятнадцатое. Подлая мысль: вот почему ж у этих вроде бы противников так всё по-доброму, и «москалём» никто не назовёт, заслышав русский язык.

Жизнь

Там вдалеке, всё не совсем так, как кажется отсюда. Западная Украина за свою историю была частью многих государств, и каждое их них оказало влияние на западных украинцев. В тех местах практически никогда не было ощущения всеобщей гордости за любое государство, в составе которого украинский Запад пребывал.

Советский период очень многим не показался раем, но для остальных их земляков раем не были периоды «до» и «после». Менялись власть, её идеология и связанные с ней символы, а простые западные украинцы научились жить как бы на дистанции от всего этого. Отсюда и их черты характера в обыденной жизни, когда их никто не пытается перетянуть на чью-либо сторону. Они просто так живут, и понять их можно, если не мерять здешним аршином и не зацикливаться на стереотипах и штампах.

Юрий Белимов

Помнится, в августе я вспоминал про «путч 1991 года», с момента которого прошло 20 лет. Тот ещё юбилей, конечно. Впрочем, кому как. На дворе октябрь, и я решил продолжить «мемуарную» тему. Со времён конфликта Президента России с российским же Верховным Советом минуло 18 лет - дата не круглая. Но всё же… «Государственный переворот 1993 года» или, наоборот, «Октябрьское восстание 1993-го», «Октябрьский путч» или «Указ 1400». Или прямо по фактологии событий: «Расстрел Белого дома. Разница во взглядах за прошедшее время только увеличилась. В литературе это часто называется «послезнание»: мол, «я уже тогда понял, к чему всё это приведёт…» И сразу же опять разные точки зрения на то, к чему всё это привело. Послезнанием я не страдаю, да и провидческий третий глаз в студенческие годы как-то не открывался. Поэтому просто снимок момента, как и в августе. Где-то изнутри, где-то со стороны.
 
Форма
 
В октябре 1993-го прошло более двух лет с тех дней, когда я решил поучаствовать в формировании новой российской истории. Если помните, ваш покорный слуга поныне так и не определился: устраивает ли его результат этого эксперимента. Но запомнилось. В 93-м я уже более года, как перевёлся в другой вуз. Новая альма матер была не с техническим уклоном и почти не политизированной (кстати, не вижу никакой связи между этими двумя фактами). На дворе была Россия, обычная весёлая студенческая жизнь, без идеологии, зато с внутриинститутским КВНом.
 
«Снаружи» Президент, правительство, московский мэр долго делили власть, функции и много чего с вице-президентом и Верховным Советом. А также со Съездом народных депутатов, (для юных читателей – Думы тогда ещё не было, был Верховный Совет, и его члены избирались этим Съездом), который грозил созваться вне очереди .Президент Борис Николаевич Ельцин назвал оппонентов «красно-коричневыми», те не замедлили ответить, да и вице-президент Александр Владимирович Руцкой тоже не молчал. И так неоднократно. А Председатель Верховного Совета Руслан Имранович Хасбулатов назвал кого-то тараканами. Чуть ли не всех. Или это всё же пораньше было? Ельцин издал Указ №1400 о роспуске Совета, но Совет и его сторонники не распустились. На словах низложили Ельцина, избрали Руцкого, заперлись в Доме Верховного Совета (он же Белый дом, он же ныне Дом Правительства РФ). Их взяли в блокаду, отключили воду, свет и прочие ценные вещи. По столице катилась не особо большая, но нервная и злая волна митингов, демонстраций и стычек с милицией. Силовики стягивались к БД… Конец энциклопедической вставки. Совершенно неуместный, как выяснилось позже, юмор, но тогда, изредка смотря новости по ТВ, я воспринимал события именно так.
 
Смысл
 
И вдруг (по крайней мере, для меня) в Москве появились не эпизодические, а серьёзные жертвы. Захват сторонниками Верховного Совета здания мэрии, «штурм» телецентра Останкино… Точнее, не штурм, а какой-то безумный накат, прерванный автоматами и пулемётами спецназа. Спецназ, кстати, я прекрасно понимаю. Но пострадали гражданские: похожие и медики; те, кто «за компанию» и те, кто «пришёл посмотреть». Зеваки массово шли под нож, то есть, под пули. Другая сторона устами Егора Гайдара громко вещала о «красном реванше» и призывала на Тверскую, защищать здание Моссовета. Видимо, телами.
 
В понедельник, 4 октября, к Белому дому подошли танки. С реальным боезапасом. Который тут же реально начали использовать по этому самому Белому дому. Когда я добрался на электричке в институт, то первое, о чём я узнал, было то, что в центре началась гражданская война. Многие однокашники и сокурсники, всегда картинно презиравшие политику вообще и осенний конфликт в частности, немедленно «задвинули» занятия и собрались, кто куда. Отчётливо помню их настроение, слова, флюиды какие-то душевные… Люди, насмешливо относившиеся к моим воспоминаниям о «первом путче» (рассказываемым, в общем-то, по их же просьбе) преобразились. Кто-то собирался «защищать Моссовет», кто-то уезжал к Белому дому (зачем?), кто-то вообще на Красную площадь. Мгновенное разделение на «своих» и «чужих». Но разделение это было ложным. Студенты ехали СМОТРЕТЬ. Смотреть войну. Со стороны. Смотреть живую Историю. Почти все они два года назад упустили шанс взглянуть на эту историю. Судьба дала им новый шанс, и он мог оказаться последним! Для части московских студентов-зевак он и оказался последним. Вообще последним. В жизни.
 
Я тоже поехал смотреть войну. Твёрдо зная, как уже видевший нечто похожее: смотреть не просто со стороны, но с почтительного расстояния. Но чтобы видно. Дурак, что сказать. Уже немного опытный, но дурак. Дальше эмоциональный сумбур. Больше всего текста, но я не могу сложить в точном порядке все впечатления. Такими же суматошными они и были тогда.
 
Антураж
 
Центр, Садовое кольцо, участок от «Маяковской» до сталинской высотки близ «Баррикадной». Движения нет, всё перекрыто. Ближе к Кудринской площади метрах в 200 от нас - милицейское оцепление. Там, в сероформенных рядах, периодически бумкает и что-то по параболе летит в приближающихся зевак. Рывок метров на сто, бегом налево в какую-то арку. Быстро. Уже внутри арки по сложной траектории залетает нечто и ударяется в стену в нескольких метрах. Вокруг отчётливо начинает пахнуть поздней весной и ранним летом, и в мою сторону отскакивает какая-то ерунда из пластика и металла. Сувенир! Хватаю, чихаю, плачу (хорошо, что в стену ударило на приличном расстоянии), бегу дальше в арку. Так вот ты какая, «Черёмуха»… Остаток внутренностей отстреленного патрона до сих пор лежит на полке, ещё года полтора после тех событий он слегка попахивал весной/летом. Или это казалось?.. По дуге, через два двора и сквер опять выходим на Садовое. Прямо за спинами тех самых блюстителей правопорядка. Оцепление, тоже мне!
 
На Кольце БТРы и милиция, ОМОН, ВВ, не знаю точно. Дом через Садовое от сталинской высотки. Не знаю, жив ли он сейчас. Тогда был в строительных лесах. Со стороны Дома советов видно дым. Над дымом – вертолёт. Или два. Издалека лениво гудит редкая канонада. Но видно плохо. По лесам наверх. Ну да, БД горит, верх здания закопчён. Стреляют с другой стороны. Слезаем с лесов, помогаем спуститься однокурсницам. Эту картинку снимают на видео туристы японского вида. На последнем этапе нашего спуска с высотки ударяет что-то автоматическое. Кто? Что? Зачем? Бьют по милиции на Садовом, заодно по крыше, с которой мы слезли, по соседним домам. Мимо нас. Повезло. Силовики лупят из автоматов вверх, в никуда, по шпилю и окнам высотки.
 
Пешком в направлении Старого Арбата. Стыдно сказать, в «Макдональдс». Решаем срезать через дворы, в глубине дворового лабиринта гулко рокочет опять «что-то автоматическое». Чёрт знает что такое. Лучше по улице всё-таки. «Мак» закрыт, даже на окнах жалюзи. Политическая ситуация – не до кормления москвичей. Обратно по Новому Арбату. Походит какой мачо латиноамериканской внешности, с красивейшей девушкой. На английском: «Где здесь можно выпить хороший кофе?» Шок: «У нас переворот». Спокойный ответ: «У нас такое каждые полгода. Так где можно выпить кофе?» Непонятные люди гоняют всех с одной стороны проспекта на другую: типа, снайперы то тут, то там. Сверху, действительно, иногда постреливают.
 
Вечер, потом ночь. Искал приключений на пятую точку. Дурак ведь был, я уже признавался. Не нашёл. Опять повезло. В подземном переходе от метро «Арбатская» к ресторану «Прага» обычный для тех времён и этого места импровизированный рок-концерт. Народу много, пиво, водка, все веселы, гражданская война как праздник. В толпе говорят, что БД уже взяли, все, кто надо, арестованы, жертв полно. Печально. Но говорящим явно нравится рассказывать такое. Иногда проскальзывают люди с мрачными лицами и цепкими глазами. «Сотрудники в штатском»? Скрывшиеся из Дома? Или те, кто вышел под шумок сводить личные счёты? Всё возможно. Оружия на улицах города явно под завязку, милиции вокруг (по крайней мере, в переходе) ноль. Встретил однокурсника. Тот рассказал, что в районе метро «Улица 1905 года» наблюдал, как некие армейские с некими милицейским поливали другу друга «дружественным огнём». Долго, с участием БТР. О жертвах не знает.
 
Совсем ночь. Улица Воровского (ныне Поварская). Чьи-то трассеры весело летают в небе поперёк улицы. Вдоль тротуаров – иностранные консульства или посольства. Милиции из охраны не видно. Оказывается, они все у самого дальнего в ряду полпредств. Под фонарём. «Парень, ну что там?» - «Где?» - «Везде!» - «Черти что. Слушайте, чего спрашиваете, у вас же рации!» - «Там тоже черти что…». Уехал к друзьям ночевать. Утром проснулся внезапно: «Ведь реально могли убить!..» И завязал смотреть на историю и большую политику вживую, пока везёт.
 
Сумма
 
Исторических итогов не будет. Уверен, что никто до сих пор детально и с подробностями не знает, как оно всё было на самом деле. Главное впечатление – общее безумие, охватившее столицу, и нереальность происходившего. Сведения о количестве пострадавших разнятся. Я не верю ни тем, ни этим. Судя по событиям, «официальных» убитых явно мало, а «неофициальных» - явно перебор, тоже судя по событиям. Кто и в кого стрелял с крыш, спорят до сих пор. У меня твёрдое впечатление, что во всех. Кто – не ведаю. Но надеюсь, что их мучает совесть.
 
И ещё. В 91-м хотелось увидеть историю и себя в ней, хотелось играть в политику, демократию, «ЕльцинРоссияСвободу». Иногда хотелось даже заиграться. В 93-м играть не хотелось, но «живая История» ещё интересовала. Но история-то хотела поиграть и заиграться с людьми. Это плохо. Заигрываться не надо. Потому что страдают только рядовые участники происходящего. Не заигрываться!

Юрий Белимов

Люди – они такие удивительные… Воскресенцы – не исключение. Прошёл слух о приезде в город Президента, и воскресенский интернет порвало. Да и в реале товарищи земляки всё чаще высказывают пожелания, чтобы к приезду Медведева обязательно везде-везде положили новый асфальт, повысили зарплату, дали горячую воду, построили это, снесли то (или наоборот). Что хочет граждански активная часть населения, которую принято называть оппозицией, я не знаю. Наверно, у них столько первоочередных желаний, что пока трудно сформулировать.
 
Дмитрий Анатольевич и не подозревает, что для простого народа он то ли своеобразный Гарри Поттер, то ли волшебная палочка оного (во плоти). Причём 50% просьб ему будет передано лично, а 50% он прочувствует и поймёт самостоятельно. Короче, «вот приедет барин, барин разберётся». И самое главное – барин должен прямо на месте, не отходя, как говорится, от кассы, снять и уволить всех: чиновников, директоров, начальников… Потому что кого ж ещё-то? Ну и пусть, что к приезду Самого они приказали положить, повысить, дать, построить и снести – это они для виду, а на самом-то деле… Короче, враги они все. Кругом. А Медведев – он для того и Медведев, чтобы исполнять все желания тебя-меня-его-соседа.
 
Зачем приезжает-то? На какой-то экологический форум? Да какая ж тут нас экология, что вы? Что в 80-е вокруг производства трава жухла и деревца вяли, а сейчас там же зелень летом вовсю и всё цветёт – так это они специально! Листья покрасили, короче. А так - тут же мусорные ветра, вредные выбросы, мёртвые реки и прочие чернобыли с фукусимами. Народ – он знает. Он самый образованный. Его отчётами и проверками не н… хм… не запутаешь, он правду видит. А все кругом враги и гадят-гадят-гадят. Вот ДАМ всё и решит, за всех, для всех и про всех. Приди, Добрый Царь!
 
А с чего все взяли, что Сам нас посетит. Ну как же, народ-то знает. Народ у же всё знает – и кто, и когда, и куда поедет, и что там покажут, и кто покажет, и в какой обуви будет высокий гость, и где речугу толкать будет. ФСО ещё  не знает, а люди в курсе. Форум-то экологический под эгидой Администрации Президента. А Президент у нас кто? Вот то-то и оно. Да чтоб он не приехал и всё не наладил. Не, такого быть не могёт. Или могёт? А кто ж тогда всё-всё-всё и сразу для тебя-меня-его-соседа? Не он? Чудес не бывает или бывают, но так явно и быстро? Чёрт побери, и "там" все враги. За что боролись? Как теперь жить? Нет, не так. Как страшно жить! И все не за нас, и все простым человекам плохого желают. Вот так вот.

В Воскресенске обожают жить прошлым. А чем ещё-то? Самые славные годы города связаны с промышленностью, личные успехи большие заработки старшего поколения связаны с ней же, финансирование главного бренда города, хоккейной команды, тоже не из воздуха бралось. Бурное развитие промышленности – это советские времена. Песню «Очень хочется в Советский Союз» группы «Ундервуд» сам обожаю за выраженное в паре-тройке абзацев почти всего хорошего, что было связано в детстве именно с СССР. Равно как и «Супербизоны» команды «Разные люди» - по твой же причине.

Хм… Вернёмся в реальный мир. Захочет краеведчески подкованный воскресенец погордиться чем-то местным и начинается: «четырежды бронзовый и единожды серебряный «Химик», «крупнейший в Европе завод по производству минеральных удобрений», «именно здесь Инна Гофф написала «Русское поле», «имение Смирновой-Россет – одно из тех мест, где Гоголь сначала писал, а потом жёг второй том «Мёртвых душ»… И прочие исторические факты и городские легенды. Куда ж без этого, сам тем же грешен. Теперь сравниваем с днём сегодняшним и тихо грустим (ностальгируем, злимся – нужное подчеркнуть). Тупик, застряли.

Теперь те, кто всерьёз задумывается о «светлом будущем». Если те, кто о своём – то они это будущее с Воскресенском обычно не связывают. Такова се ля ви и прочие экономические предпосылки. Увы. Есть ещё старшее (по отношению ко мне, конечно) поколение. И его граждански активная часть. У нас их почему-то называют «оппозицией». Они все в будущем. Светлом, что аж ой. Проекты такие, что я невольно худею. И ещё скажу об этом подробней. Немного попозже. Но если коротко – всё красиво настолько, что местами даже весело. В общем, «до основанья, а затем…». Снести, построить, переделать, снести уже построенное, и опять переделать. А кое-где начать разводить страусов возле парка (это не шутка!) Бюджет для всего этого? Чёртегознает. Отнять и поделить. Во имя справедливости, естественно. И на благо народа, безусловно. «Отобрать у отобравших» и всё такое. Для этого в настоящем предлагается пользоваться сильно смягченным аналогом популярного интернетовского утверждения «Эту страну спасут гуманизм и массовые расстрелы». А это опять прошлое, при этом именно те времена, пожить в которых мне бы не особо хотелось.

Гордо пожить прошлым получается легко. Кто-нибудь пытался так же гордо пожить настоящим? На одном из местных форумов пытаются давно. Неубедительно как-то и неоптимистично выходит…

Вот так грустно я поздоровался в своём новом блоге. Надеюсь, дальше будет веселее. И про воскресенских страусов будет. А уж когда пулемёт расчехлю…