ВАЛЕРИЙ, 27 лет. Сын матери-одиночки. Стоит уточнить: мама последние 15 лет работает главным бухгалтером на крупном предприятии и является совладелицей пары-тройки магазинов. Квартира в половину этажа в центре города, в семье три машины, «дача» в престижном месте. У Валеры есть диплом платного вуза со сложной аббревиатурой, пара лет жизни в Чехии за спиной и россыпь вип-карт самых модных клубов и ресторанов города. Валера – безработный. Водительских прав он последний раз лишился, когда пьяным на своей тюнингованной под нужды стрит-рейсинга «десятке» влетел в автобусную остановку и отправил в «травму» двоих. В общении приятен, душа компании, не женат. Условный срок за то, что пытался привезти в страну пакет с особо понравившимся сбором лечебных трав из Голландии.
СЕРГЕЙ, 35 лет. Разведён. Безработный. Окончил ПТУ, сварщик, отслужил два года на Дальнем Востоке. Постоянной работы нет «с начала кризиса». После развода живёт в общежитии, с «подругой». Пьёт. Когда кончаются деньги новых и старых друзей-собутыльников, идёт к матери. Мама – пенсионерка. Пока может – подрабатывает уборщицей. Сергей всегда возвращается от матери с деньгами. Она иногда не приходит на работу – звонит и говорит, что внезапно разболелась. В такие дни хлеб и молоко покупают и приносят соседки, а Ольга Михайловна, забирая пакет с покупками, не включает свет в прихожей и прячет лицо в тени. На день рождения внучки ходит без сына, два раза в неделю водит её в бассейн, выкладывает «денюжку» на 1 сентября, на конец четверти, на Новый год, «на отпуск», «на музей». Сергей не платит алиментов – нет работы.
ИЛЬЯ учится в институте. Хоть и коммерческий вуз, но отсрочка от армии есть. Плата за семестр – 100 тысяч рублей. До места учёбы полтора часа добираться электричкой. Мама – работающий пенсионер. Илья не работает. Третий курс, специальность – экономист, но подходящей ему работы особо нет. Езда каждый день выматывает, поэтому на съём жилья ещё тысяч 7–10 в месяц берёт у мамы. А ещё неплохо было бы купить машину – от автопарка сокурсников стоянка ломится, надо соответствовать. Жаль, кредит не дают. После закрытия залов игровых автоматов пытает удачу в сетевом покере. В любимых напитках значится самбука и виски, но пить приходится пиво и коктейли в банках.
НАТАЛЬЯ, 25 лет. Двое детей-близнецов, не замужем. Пару раз уезжала «с Владиком», «с приятным мужчиной, ты его не знаешь» в другой город на три-четыре месяца. Дети оставались у родителей. Возвращалась с потухшими глазами, но с новыми привычками – сигареты по 60 рублей, «это сейчас не носят», «я поеду на такси – в маршрутке та-а-ак тесно!». Квартиру, которая осталась от бабушки, разменяла на меньшую, доплата закончилась за четыре месяца – с подружками в Египет, работать не надо. Медучилище так и не окончила, в трудовой книжке – пара записей «продавец-консультант». Близнецы ходят в детский садик, живут у «бабы с дедой».
Все персонажи вымышлены. До той или иной степени. Однако, готов поспорить, что, не особо утруждая себя, вы найдёте среди своих знакомых тот или иной типаж. Объединяет их одно – большую часть ответственности и финансовых трат этих людей берут на себя родители. Причём вне зависимости от их социального статуса и материального положения.
Человек должен знать, как именно в этом мире появляются деньги.
Так называемая проблема «отцов и детей», к сожалению, чаще всего не в разнице мировосприятия или бунте против патриархальных устоев. Актуальная повестка дня отличается от заданной классиками. Иждивенцы – вот беда современной цивилизации. Как только общество перестает заниматься выживанием и у него появляется лишний «жирок», так мы и начинаем встречать таких вот персонажей. В России одна картина, в Европе, к примеру, другая проблема.
Там большая часть населения активного возраста – третье поколение «старых денег»: наследники, рантье, милые философы, которые поездили по миру, закончили приличный университет, но ни дня не проработали. У них нет мотивации что-нибудь делать, добиваться, строить карьеру. Зачем, если и так всё есть? Вот и получается, что новая элита в той же Германии, успешные управленцы и бизнесмены, всё больше складывается из «понаехавших» из Восточной Европы, Турции и бывшего СССР.
Но не стоит пенять на Запад, в миниатюре подобная картина начинает вырисовываться и в России. Уже немало историй, когда в компанию приходит выпускник престижного вуза, да только о своей профессии он не знает ничего, ни дня не трудился по специальности, да и учиться и работать он уже не хочет – «устал». При этом зарплату хочет высокую, годовой бонус (премию) – регулярно, вне зависимости от результатов труда, и два-три оплачиваемых отпуска в год по три недели тоже не помешают.
Я прекрасно всё понимаю: как же не дать «кровиночке своей» ещё больше масла на хлебушек, ещё денег на «пусть погуляет, пока молодой», дать лучшую и простую, без бытовых и житейских проблем, молодость. Чтобы не маялись по общагам, чтобы не перебивались с картошки на макароны, чтобы «были счастливы и не мучились». Но у всего должны быть пределы. Избалованный ребёнок и в тридцать лет избалованный ребёнок. Он не хочет или не может задумываться о причинах и следствиях в этом мире, не хочет и не может нести ответственность за себя и свои поступки. Часто говорят: наступит время, и мы передадим вам эту страну.
Ну и кому передавать-то? У нас и так получается, что возраст работающих всё увеличивается, инфантильная молодежь, дай бог, годам к тридцати начинает хоть что-то делать, уровень компетенции снижается, ну и тому подобное. Да что говорить, неужели в вашей молодости, дорогие родители, в походе и «в колхозе», было меньше радости или счастья, чем сейчас на турецком курорте и в ночном клубе?..
Сейчас много говорят о том, что задачи по воспитанию и адаптации подрастающего поколения лежат на системе среднего образования и на высшей школе. Это не так, и дело не в качестве или методе обучения. Ничто не адаптирует лучше, чем труд, вы уж простите пафос. Я знаю массу профессионалов, которые заворачивают на собеседованиях кандидатов с престижным дипломом, но ни дня не проработавших. Моё личное мнение: если после третьего курса студент не начинает работать – это плохой признак. А в ситуации жёсткой конкуренции на современном рынке труда предпочтение всегда отдаётся более опытному персоналу. И, по большому счёту, не так важно – трудился ты по специальности или продавал картошку фри в «МакДональдсе». Главное – человек знает, как именно в этом мире появляются деньги.
Один из стереотипов о строгой и логичной Германии заключается в следующем: когда отпрыску исполнится 18–20 лет, родители, обеспечившие своему чаду оплату обучения, аккуратно так сообщают, что детство кончилось, и вот порог. Дальше – сам, и никаких гвоздей. Наверное, это не совсем так, но принцип понятен и мною приветствуется. Раз уж достиг возраста, что тебе можно жениться, водить машину и покупать алкоголь – будь добр, заработай на всё это сам. А родителям и «для себя» пожить надо.
Игорь Ширяев
А если взглянуть с другой стороны?..
Не могу обойтись без ремарки. Тему, как привить самостоятельность и умение обеспечивать себя, раскрыли. Но таковы уж стереотипы, что даже мораль выражается либо чёрными, либо белыми мазками. Полярно так: либо плюс, либо минус. Между тем, в человеческой жизни редко что бывает столь однозначным. Не надо отталкиваться от крайних случаев, когда, будем говорить откровенно, абсолютно обнаглевший молодой человек или девушка выстраивает свою жизнь только на финансовой подпитке от родителей.
А сколько случаев, когда лет до 35 (и больше!) человек не может найти своё место в жизни. Причин может быть много, и дилемма: «Или ты пристроишься уже куда-то, или ты ни к чему негодный какой-то» способна привести к плохим последствиям. Да пристрелите его сразу, чтоб не мучился! А сколько случаев, что именно после 30 молодой ещё человек пересматривает свою судьбу полностью и начинает жить заново, на сей раз «правильно» с точки зрения родителей? Что тогда скажете? Хорошо, что подождали, помогли нелишним для вас рублём, несмотря на тяжелое положение и то, что он уже должен был добывать средства к существованию сам, «как в Германии»?
Естественно, не надо включать уже выросшему ребёнку режим «У Христа за пазухой и даже круче». Если он сам требует такового – извините, вы много чего упустили в его воспитании. Если не требует – незачем чётко после какого-то очередного дня рождения пускать детей в свободное плавание, лишая поддержки (в том числе, и финансовой), потому что «не нами так положено, но умными и опытными людьми». Крайностей желательно избегать. Во всём.
Больнее будет, если чадо потянется за лёгкими деньгами. Если уж вам приходится объяснять отпрыску, что всё, дальше давай сам, если он сам это не осознаёт, то где гарантия, что его понимание не приведёт, к примеру, его в выгодный, но слегка беспокойный бизнес розничной торговли разными весёлыми веществами. Не больше потом потратите на билеты до станции в мордовском (в лучшем случае) захолустье, передачи с витаминами и сигаретами и «спонсорскую помощь» начальству исправительно-трудового учреждения?
Георгий Бородин
