Не бояться
С состояния самолёта и начнём. Слово Ершову:
«Пассажира может отпугнуть старый, потрёпанный самолёт: «Боже мой, на ЧЁМ я сегодня должен лететь!»
На старом, проверенном, привычном, надежном транспортном средстве.
Так опытный турист идёт в поход не в новеньких, а в старых, ношеных, но ещё добротных башмаках, переживших уже детские болезни и многократно испытанных в деле. Они и ногу не натрут, и не порвутся почем зря, в них удобно ходить по любым дорогам. Они надёжны.
Я уже говорил: не может просто так в полёте отломиться крыло. Оно, как и вся конструкция самолёта, рассчитано на многократные нагрузки, превышающие действительно указанный ресурс.
И двигатели рассчитаны на многотысячный ресурс в часах. На современных двигателях практически нечему изнашиваться: трущихся деталей — одни подшипники. Поэтому они тоже очень надёжны. Двигатели взаимозаменяемы, поэтому, когда выработается межремонтный ресурс одного из них, его заменяют на самолёте любым другим.
Агрегаты тоже взаимозаменяемы. На самолёте вообще всё сделано так, чтобы он как можно меньше простаивал на земле и как можно быстрее отправлялся в полёт».
Это слова человека, полжизни отлетавшего на Ту-154. Но, естественно, не только на «Тушку» распространяются эти правила, в импортных «Эйрбасах» и «Боингах» конструкторами заложен запас прочности. Каждый борт, каждый агрегат на борту имеет свой срок службы и замены, и не соблюдать его — преступление. Считать, что именно ваш рейс окажется объектом этого преступления — это «надеяться на худшее». Чего не стоит делать никогда — ни в вагоне электропоезда, ни в салоне автомобиля, ни в кресле авиалайнера. Не надо заранее, как говорят в Одессе, «расчёсывать себе нервы. Оно вам надо?»
«Пассажир приезжает в аэропорт и имеет дело со службами аэропорта. С ним начинает работать служба организации перевозок. Это её работники у стойки проверяют ваши билеты, регистрируют, выдают места и пропускают на главный, с раздеванием, досмотр. А внутри вокзала, невидимые пассажиру, работают диспетчеры, центровщики, грузчики, водители. Это они обрабатывают весовые и центровочные параметры предстоящего полёта.
Вас проведут в самолёт, когда всё будет готово. Вас усадят, помогут уложить ручную кладь, пересчитают ещё раз, проверят, чтобы все цифры совпадали.
Если человек потерялся, его несколько раз окликнут по громкой связи в вокзале, и если он найдётся, довезут в самолёт.
Ваш багаж будет взвешен, вас самих усреднённо посчитают по 75 кг, детей по 35. Ручную кладь тоже надо взвешивать. Данные выдаются диспетчеру по загрузке и центровке, он на компьютере подсчитывает вес, определяет центровку (положение центра тяжести самолёта, зависящее от расположения топлива и загрузки); выписываются сопроводительная ведомость и другие документы, которые при посадке пассажиров в самолёт дежурная по посадке вручает экипажу для его расчётов.
Тем временем ваш багаж загружается в контейнеры и везётся к самолёту. Там его пересчитают по местам, добавят со склада почту или груз, все разложат по отсекам, согласно рекомендации центровщика, под контролем бортпроводника, закрепят
сетками, чтобы загрузка не сместилась.
Вас проведут в самолёт, когда всё будет готово. Вас усадят, помогут уложить ручную кладь, пересчитают ещё раз, проверят, чтобы все цифры совпадали. Если человек потерялся, его несколько раз окликнут по громкой связи в вокзале, и если он найдётся, довезут в самолет. А если он не найдётся, надо будет перерыть весь багаж, найти его вещи (может, в них спрятана бомба), выгрузить, а уже потом выяснять судьбу владельца вещей. Этим будет заниматься служба авиационной безопасности. А вы, наконец, дождётесь закрытия дверей и останетесь наедине со своим страхом».
Летать без ожидания беды
Так отчего же страх? Непонятно. Нарисованная Василием Васильевичем картина — это не какой-то идеал. Это обыденная работа, характерная для каждого рейса. Подчеркну — ДЛЯ КА ЖДОГО, ежедневно. И не проделать её — это, как минимум, преступная халатность. Но, повторюсь: не стоит её принимать в расчёт. Всё-таки статистика авиапроисшествий должна хотя бы успокаивать. Кстати, что там эта статистика говорит? Не по мониторингу СМИ , а на пристрастный взгляд лётчика. Возьмём один из примеров, имевший место ещё во времена, когда любимый ершовский Ту-154 был заметно «моложе».
«Ещё до перестройки, когда за многоцветьем плакатов и треском фанфар не видно и не слышно было внешних признаков упадка, разруха уже началась. В те годы как раз сдали новый аэропорт в узбекском городе Карши, и из него только начинались полёты. Были аэровокзал, АДП и взлётная полоса. Экипажи толкались по жаре без удобств и уходили в полёт без должного предполётного отдыха. Экипаж Ту-154, протолкавшись по ряду причин чуть не сутки на ногах, в сорокаградусную жару, собрался вылетать ночью в Питер… И этот несчастный экипаж взлетел на пределе сил… Они были смертельно уставшие, эти ребята.
Они допустили ошибку: забыли включить прибор, который всегда, тысячи раз до этого включали. Они формально прочитали контрольную карту и формально на ее пункты ответили. Простить их нельзя, понять профессионалу — можно.
Надо было отказаться. После двадцати часов ожидания. Глядя в глаза таким же измордованным пассажирам, вместе с экипажем толкавшимся на жаре. И уйти отдыхать. Только отдыхать в Карши в те времена было негде.
Двигатели рассчитаны на многотысячный ресурс в часах. На современных двигателях практически нечему изнашиваться: трущихся деталей — одни подшипники. Поэтому они тоже очень надёжны. Двигатели взаимозаменяемы, поэтому, когда выработается межремонтный ресурс одного из них, его заменяют на самолёте любым другим».
Вот так. Сколько шансов выжить у пассажира поезда или у пассажира автобуса, управляемых, соответственно, насмерть уставшим сонным машинистом или водителем. Теоретически — наверное, побольше. А если состав «переломится» как раз на вашем вагоне, или встречный грузовик ударится именно в то место, где сидите вы? Просчитать невозможно.
И не надо. Банальный совет: не стоит думать о плохом. Тем более, помногу. Даже теория такая есть: мол, всё обдуманное рано или поздно материализуется. А между тем, авиакатастрофы в мире наперечёт, что у нас в России, что за рубежом. Искать «гнилые самолёты» — предрассудок. Нет смысла переписывать Василия Ершова полностью, стоит только отметить, что столь любимые прессой, интернетом и ТВ случаи «сваливания в плоский штопор» в России за 20 лет буквально по пальцам можно пересчитать.
И все они, как любая авария в любой отрасли, произошли вследствие стечения массы нехороших обстоятельств, подкреплённых негативным человеческим фактором. Такие «уравнения» повторно не алгоритмизируются. Поэтому простой совет: найдите в интернете «Аэрофобию», изучите, хотя бы «по диагонали». Вернусь к мысли из начала первой части нашего обзора: постарайтесь понять и осознать. Наверняка, знания помогут вам избавиться от совсем уж жутких переживаний. А там и до полной победы над проблемой недалеко.
Подготовил Юрий Белимов
